Facebook Pixel

Ярош не сможет уехать из страны, Порошенко не олигарх, а в МВД не все работают на Украину: интервью с Яной Зинкевич

Интервью народного депутата Яны Зинкевич (фото: УНИАН)

Интервью народного депутата Яны Зинкевич (фото: УНИАН)

Народный депутат от партии «Европейская солидарность» Яна Зинкевич рассказала в интервью The Page о работе в Верховной Раде, инклюзивности здания парламента, проблемах в проекте бюджета и санкционных списках СНБО.

Что не так с бюджетом на 2022 год

На днях Рада будет рассматривать госбюджет во втором чтении. Вы будете за него голосовать?

- Честно говоря, как представитель комитета здравоохранения я не буду голосовать. Уже сейчас у нас огромный дефицит бюджета даже на 2021 год. Нам не хватает около 3,5 миллиарда на то, чтобы обеспечить ковидные пакеты до конца года. Я уже молчу о следующем годе. В прошлом году мы сделали вроде бы разумно: в марте выделили, кажется, 65 миллиардов на борьбу с коронавирусом. Но власти успешно растратили более 30 миллиардов на дороги, будто это нам чем-то поможет.

Telegram Logo
Яна Зинкевич в Верховной Раде (фото: Facebook Зинкевич)

Яна Зинкевич в Верховной Раде (фото: Facebook Зинкевич)

Кроме того, дефицит бюджета будет еще и на гарантированные пакеты НСЗУ, то есть пакет «Инфаркт», пакет «Инсульт» и пакет «Экстренная помощь». Может так случиться, что где-то с осени нечем будет платить даже зарплаты.

И если наши поправки не учтены, а они уже не учтены, то я просто не могу позволить себе голосовать за такой проект бюджета. Более того, не верю, что ко второму чтению это будет исправлено.

А насколько адекватен законопроект № 5600 в целом? Как вам идея прописать бюджет под еще не принятый Радой законопроект и распределять средства, которые еще только намерены получить?

— У нас в вопросе бюджета очень много недоразумений. К примеру, в бюджете не прописаны средства, которые мы получим от МВФ. Они просто не учтены. И куда они уйдут, если они нигде не прописаны? Вообще рассмотрение законопроекта № 5600 – это какая-то странность. Мы стараемся проходить все поправки, и это достаточно длительное голосование.

Однако как оппозиция мы чувствуем себя бессильными. Речь не только о нашей партии, а обо всей оппозиции, включая ОПЗЖ. Наши поправки не учитываются, монобольшинство воздерживается во время голосований, и на этом все. У «слуг» нет никакой позиции, они просто не голосуют. И потом все поправки, над которыми работал комитет, просто сливаются.

О должности спикера Рады

Вы недавно чуть не стали новым спикером. Как это вообще вышло?

- Скажу сразу: это было неожиданно и незапланированно. Мы не знали, в какой день будет рассматриваться представление в Верховную Раду. А когда стало известно, Петр Порошенко решил, что будут выдвигать меня. Так решили, потому что я новое лицо, у меня есть определенная репутация и я не участвовала ни в одном скандале.

Потом все было очень быстро: нужно было выставить кандидатуру и через час успеть подать все заявки, декларации и подготовить выступление.

Конечно, я понимала, что первое место не получу. Никто бы не снимал Разумкова для того, чтобы выбрать кого-то из чужой фракции. Для них был бы гораздо лучше неудобный Разумков, чем кто-то вообще из другой фракции. Было ясно, что это будет Стефанчук, но важно было то, сколько людей окажут поддержку юным лицам в политике.

За меня проголосовали 146 депутатов. Голосовали все оппозиционные фракции, один голос был даже от ОПЗЖ. Остальные вытащили карточки или воздержались. Из всей Верховной Рады всего два человека проголосовали против: это был Брагар, известный персонаж по обмену собачек на оплату газа, и Николай Тищенко.

Остальные «слуги» не смогли проголосовать «за», хотя и хотели. Поэтому они «воздержались», а не голосовали «против». Это тоже было достаточно показательно. В общем, это был интересный день и ценный опыт. Если мне доверят быть политиком в будущем и я выберу для себя этот путь, это тоже достаточно хорошо меня показывает.

А Стефанчук на этом посту будет лучше Разумкова или хуже?

— Пока трудно сказать. Но на самом деле произошла комедия: Разумкова устранили из-за формальности – он не утвердил повестку дня. В пятницу избрали Стефанчука, и уже в следующий понедельник он не утверждает повестку дня. Мы приходим во вторник, а нам не за что голосовать. То есть фактически на следующий день были нарушены те же процедуры, тот же регламент, из-за которого уволили Разумкова. Такой вот парадокс.

Заставят ли депутатов ходить в масках

Киев на пороге нового локдауна. Стефанчук в Раде просит депутатов носить маски. Прислушаются ли они к его просьбе? Потому что в последнее время далеко не все их носят в сессионном зале.

— Я тоже этим грешу, хотя я представитель медицинского комитета. Прошлый COVID, которым я переболела, меня скосил. Но, к счастью, я сижу на балконе отдельно от всех. Для меня и для других это более безопасно. Кроме того, я вакцинирована. Мы в комитете здравоохранения считали, что у нас большинство вакцинированных депутатов. А месяц назад мы узнали, что вакцинированы только около 50% депутатов. Я уже молчу о секретариате, помощниках и так далее. Мы были в шоке.

После этого представители «Слуги народа» по инициативе Радуцкого (Михаил Радуцкий, глава комитета здравоохранения — The Page) разработали проект постановления, согласно которому с 15 ноября в Верховную Раду будут допускать только депутатов, помощников, секретариат, министров, журналистов, получивших вакцину, либо они должны предоставить результаты тестов. Я уверена на 95%, что это постановление будет принято.

Яна Зинкевич в маске (фото: УНИАН)

Яна Зинкевич в маске (фото: УНИАН)

То есть теоретически 50% депутатов могут проголосовать за постановление, которое обяжет всех других вакцинироваться?

— Я думаю, здесь будет поддержка и нескольких фракций. Я буду голосовать за это, многие из моей фракции будут голосовать. Из «Слуги» из их 250, думаю, 180 — 190 голосов наберется.

На мой взгляд, это правильно, потому что мы ограничиваем граждан по всей стране, а в Верховной Раде только 50% вакцинированных. Такого просто не должно быть, потому что это несправедливо. Если мы вводим такие жесткие ограничения для невакцинированных, то и в Верховной Раде должно быть так. Конечно, часть коллег не будет это поддерживать. Они считают, что это нарушение закона о народных депутатах Украины относительно беспрепятственного доступа к государственным зданиям. Но пандемия ставит перед нами новые вызовы.

На фронте все вакцинированы, поэтому нет проблем с коронавирусом

А какая у вас информация о вакцинации военных на передовой и находящихся там медиков?

— Среди военных вакцинировано подавляющее большинство — более 70%. Я не слышала, чтобы на фронте были серьезные вспышки — один — два человека. Там не требуются даже ковидные отделения — справляются специальные изоляторы.

То есть сейчас на фронте ситуация лучше, чем в мирной жизни?

— После того как фронт был закрыт для посторонних и волонтеров, там стало безопаснее, чем где бы то ни было в стране. Это закрытая среда, большинство людей вакцинированы, почти никто не уезжает.

Я уверена, что именно по ковиду с армией все будет хорошо. Меня больше беспокоит то, что сейчас военнослужащих ограничивают в правах, потому что когда еще весной их вакцинировали, тогда не было такого понятия, как внесение информации о вакцинации в единую медицинскую систему. Военные врачи вели бумажные журналы и записывали информацию о вакцинации в военные билеты.

То есть у военных нет записей в helsi.me, и они не могут получить сертификат о вакцинации и перемещаться в мирных городах: ездить в поездах и автобусах, заходить в магазины и заведения. Мы обратили внимание Минздрава на эту проблему. Они будут поднимать бумажные журналы и понемногу вносить данные в электронные базы. Но это продлится минимум месяц. Этот аспект был, мягко говоря, не продуман.

А вообще сложно быть одним из самых молодых депутатов Рады?

- Сначала было сложно, а потом люди узнавали обо мне, о моих делах, и сейчас это уже не актуально. В принципе, я человек, который может подвергнуться дискриминации по очень многим категориям. Во-первых, я женщина, во-вторых, я человек с инвалидностью, еще и на коляске, то есть видимая инвалидность. В-третьих, я молодой депутат. В-четвертых, я мать-одиночка. В-пятых, я участник боевых действий. То есть все, что можно, я собрала, кроме представительства ЛГБТ.

Во фракции мне комфортно, в Раде вообще тоже. Иногда бывают проблемы на местах, в министерствах и во время работы комитета здравоохранения. Люди думают, что я какой-то помощник по квоте людей с инвалидностью, а когда узнают, что я секретарь комитета, очень удивляются. Также шокирует мой неформатный внешний вид: большие татуировки и цветные волосы. Большинство тех, кто на периферии, привыкли, что все должны быть в строгих костюмах, и вообще места для творчества быть не может.

Яна Зинкевич в этнообразе (фото: Facebook Зинкевич)

Яна Зинкевич в этнообразе (фото: Facebook Зинкевич)

Почему вы выбрали именно партию «Европейская солидарность»?

— У меня было несколько предложений, но решила выбрать именно ЕС. Во-первых, мне показали проходной список, а во-вторых, это партия, уже имеющая опыт. Мне не хотелось идти в совсем молодую партию.

Раде понадобилось 11 месяцев, чтобы обустроить инклюзивность

Когда вы попали в Раду, для вас как-то специально обустраивали место?

- Сначала фракция получила места сбоку на последних рядах и отдельно балкон. Там мне и обустроили место — там целый метр, чтобы отодвинуться или повернуться. И сразу слева от меня вход, где сделали пандус. Там пологий спуск, и я могу спуститься. Также добились, чтобы у меня был отдельный туалет. У нас есть туалет для людей с инвалидностью, но там хранили инвентарь для уборки. Его убрали, и я пользуюсь этим помещением. Туалет не слишком хорошо оборудован, но он широкий.

А потом присоединились еще несколько депутатов и стали добиваться, чтобы на основной нашей лестнице сделали подъемник. От минус первого – где столовая, до третьего – где проходят брифинги. В парламенте везде монументальные лестницы с большими поворотами. Мне сначала помогали спускаться другие депутаты, а когда они почувствовали, насколько это тяжело, один из депутатов решил добиться беспрепятственного доступа везде.

Через 11 месяцев после прохождения тендеров и всех процедур в Раде на всех лестницах установили большие поворотные подъемники. Это очень важно не только для меня, но и для наших посетителей. На заседания комитетов часто приходят сотрудники общественных организаций, представляющие интересы лиц с инвалидностью, и просто люди с инвалидностью. Очень часто они мало мобильны или на коляске. Поэтому для них это очень актуально.

Глобально теперь Верховная Рада в Украине достаточно инклюзивна?

- В принципе, да.

Ирина Геращенко и Яна Зинкевич в Раде (фото: УНИАН)

Ирина Геращенко и Яна Зинкевич в Раде (фото: УНИАН)

А куда вам заходить сложнее всего?

— Самое главное место, которое меня до сих пор беспокоит, – это трибуна. На трибуне я за все время была однажды — в самом начале, когда мы отстаивали какие-то интересы ветеранов, а еще один раз — рядом с ней. Трибуна очень высокая, если я за нее встану, меня просто не будет видно. Но я думаю, ее обустроят. Я видела, как это сделали в парламенте Европейского союза, — там нет никаких сложностей.

А как вы оцениваете борьбу Зеленского с олигархами? Его законопроект и то, как его принимали.

- Мне кажется, этот законопроект был принят чисто под одну персону — под Порошенко. Мы понимали, что в документе будет какой-то подвох, и когда дело дошло до поправок, это стало очевидно. Законопроект можно было принять цивилизованно и по стандартам, чтобы все могли зачитать свои поправки.

А в тот день они просто переломали Верховную Раду через колено, нарушили все нормы, которые только могли. Очень многие были против этого законопроекта, но не потому, что он плохой (а он действительно плохой), а из-за того, что были нарушены все нормы регламента. И это отразилось на нашей международной репутации.

А Порошенко — олигарх?

— Мне трудно сказать, потому что у него бизнес, не являющийся монополией. Мы понимаем, что конфеты «Рошен» – это не монополия. У нас есть как минимум «АВК» и так далее. А покупка телеканала была вынужденной мерой, потому что началось преследование телеканала. Я думаю, что СНБО точно признает его олигархом.

Добровольцев депортируют в Россию из-за списков СНБО

А какие у вас планы по законопроектам?

- На этой неделе я жду законопроект об упрощенном гражданстве для участников боевых действий. И для добровольцев, и для бойцов ВСУ. Он не мой — его подал Кабмин, но это законопроект я лоббировала среди депутатов.

А как вообще в ВСУ может быть не гражданин Украины?

- Может, и таких очень много служит. Особенно россиян, белорусов, грузин и литовцев. Сначала они шли в армию, официально служили, и в определенное время им предоставлялся вид на жительство. Затем такие бойцы должны были подаваться на гражданство.

Но для того, чтобы подать на гражданство, особенно россиянам, нужно, кроме всех документов, подать документ о том, что ты был в России или в посольстве России и отказался там от своего гражданства. Представьте, что это будет, если чеченцу, грузину, белорусу или россиянину прийти в посольство или поехать в Россию, чтобы отказаться от гражданства. Они сразу станут политзаключенными.

Им предоставляли временный паспорт, удостоверение личности на два года, а летом 2021 года этот срок истек. Теперь они нелегалы — у них забрали паспорта, им заблокировали все карты. Их даже могут депортировать, например в Россию. Недавно чеченцев отправили в Россию.

А как вообще наше МВД сотрудничает с Россией в таком удивительном формате?

- Не все МВД у нас украинское. Кроме того, депортируют пограничники, но задерживают и арестовывают полицейские по запросу России. Россияне подают в розыск Интерпола, и полицейские вместо того, чтобы игнорировать такие представления, реагируют на них и арестовывают добровольцев, воевавших на Донбассе.

Зинкевич Яна (фото: УНИАН)

Зинкевич Яна (фото: УНИАН)

Из последнего – это санкционные списки СНБО с ворами в законе. Из 600 человек в списке, 100 там оказались случайно. Часть из них бойцы ВСУ и добровольци-иностранцы. Это грузины, чеченцы, белорусы и россияне. Они подпадают под санкции, и в результате их депортируют.

А как это вышло?

- Как только объявили санкционные списки, все отреагировали быстро: народные депутаты выступали в Верховной Раде, обращались в СНБО, писали запросы.

Но там отвечали, что все люди проверены, и там только криминалитет. Сразу же после увольнения Авакова вдруг оказалось, что 106 человек случайно появились в этом списке, и их исключили из него. Другая часть исчезла из этого списка после взяток МВД.

А остались ли еще добровольцы в списке?

- Насколько я знаю, да. Не всех исключили. Двух чеченцев даже успели депортировать. Нужно понимать, что они не просто попадут в тюрьму — их будут пытать, и больше никто их не найдет.

К примеру, если Дмитрий Ярош поедет куда-то за границу, там его могут задержать по представлению Интерпола и будет то же самое?

- Да, он в розыске Интерпола, и с 2014 года Ярош никуда не выезжал, и не думаю, что когда-нибудь он будет иметь шансы уехать из страны.

Дмитрий Ярош и Яна Зинкевич (фото: соцсети)

Дмитрий Ярош и Яна Зинкевич (фото: соцсети)

Он не собирается снова в политику?

— Политику он никогда не любил и не воспринимал всерьез. Это был больше инструмент для того, чтобы давать возможность добробатам работать на фронте, эффективно взаимодействовать с МВД, ВСУ и чтобы добробатов не слишком ущемляли. Не думаю, что он хочет снова в политику.

А что вы думаете о законе об оружии? Будет ли когда-нибудь у украинцев право носить огнестрельное оружие для защиты?

— Я надеюсь, что да, я его лоббировала и отдала свой голос. Тогда за него проголосовали около 170 человек. Если провести определенную работу за эти годы, то в следующем созыве, думаю, можно принять этот закон. Я считаю, что все возможно, просто не сразу. А 170 голосов – это уже большой прогресс.

Комментарии

Все новости