Поезд в ад «Мариуполь – Киев»

Людмила Костенко
Депутат Киевского городского совета

Традиционные гендерные стереотипы могли стоить жизни журналистке Анастасии Луговой и ее шестилетнему сыну Захару. Вместо того чтобы предоставить защиту, проводница поезда «Мариуполь – Киев» предложила избитой девушке «договориться» с незнакомым ей насильником.

А после того, как происшедшее стало достоянием публики, многочисленные диванные эксперты соревновались в соцсетях в гипотезах, почему же Луговая «сама виновата»? Оказалось, что в европейской Украине в 2020 году у женщин нет гарантий безопасности ни физической, ни ментальной.

Традиционные гендерные стереотипы в головах украинцев пока сложно вытравить формальным воспитанием или ужесточением законодательства.

Telegram Logo

После уроков равенства дети возвращаются домой, где мама с папой своим примером показывают, что «должен» мужчина, а где в семье место женщины.

При этом многие мои знакомые, люди образованные и профессионально успешные, посмеиваются над всеми этими уроками толерантности.

Google News Logo Подписывайтесь на нас в Google News!

«Природа все равно свое возьмет», — отшучиваются эти хранители традиций. Вот только человек тем и отличается от животного, что живет по законам общества, а не природы.

Мне – как женщине, так и матери – трудно представить все ужасы ада, которые пережила Анастасия Луговая в ту роковую ночь в поезде «Мариуполь – Киев». Незакрытую на ночь дверь купе она будет вспоминать всю оставшеюся жизнь.

Эту дверь ей вспоминали и диванные комментаторы: не закрыла – наверное, ждала чего-то. А еще в вину Анастасии поставили, что слишком красивая ехала в поезде (напомню, в общественном месте) без мужа.

Один из комментаторов, Тарас Писаржевский, умудрился связать избиение женщины и попытку изнасилования с ее профессиональной деятельностью, обозвав избитую Анастасию «медиапроституткой».

Видимо, по мнению работника Верховной Рады Писаржевского, если бы Анастасия работала на другом телеканале, то и животное по имени Виталий Рудзько ее бы не домогалось.

Не буду желать близким женщинам Тараса того же, что он желал журналистке Наталье Влащенко. Ведь слова Писаржевского – это все те же традиционные стереотипы, согласно которым инакомыслящего можно избивать или насиловать.

znimok-ekrana-2020-08-11-o-141607.png

Но особое возмущение вызывает поведение проводницы, тоже, кстати, женщины. «Благодаря» традиционному воспитанию проводница увидела в ситуации, которая подпадает под статьи 153 (сексуальное насилие) и 122 (умышленное телесное повреждение средней тяжести) Уголовного кодекса Украины, обычный бытовой конфликт.

Более того, работница железной дороги встала на сторону трижды судимого Рудзько, а не избитой женщины с напуганным ребенком. Я не раз слышала истории, как полицейские отговаривали избитых жен писать заявления на своих мужей-тиранов.

Но предложить женщине, которая чудом спаслась от изнасилования, «поговорить» с избившем ее незнакомцем и не мешать проводнице спать на работе – это верх цинизма.

И то, что проводницу всего лишь уволили, а не привлекли как соучастницу изнасилования, – это недоработка нашей судебной системы.

Более всего Анастасия Луговая боится, что несостоявшийся насильник Рудзько выйдет на свободу безнаказанным. К счастью, судья Соломенского суда Светлана Горбатовская уже оставила под стражей животное Виталия Рудзько на 60 дней без права внесения залога.

И в этом я вижу надежду на справедливость. Сама Светлана Горбатовская не раз подвергалась нападкам мужчин-журналистов, которые обвиняли ее то в профессиональной несостоятельности, то в коррупции. Но все попытки очернить принципиальную судью были бездоказательными.

Потому можно ожидать справедливого срока для Рудзько не из-за женской солидарности, а именно из-за профессиональной непредвзятости и неподкупности Горбатовской. А это значит, что после суда рецидивист вернется на 7 лет в знакомые для него места, в сугубо мужскую компанию, где ночное изнасилование будет угрожать не случайным беззащитным попутчицам животного, а уже самому Рудзько.

Также меня интересуют вопросы, которые остались вне общественного обсуждения. Интересно, замяли бы дело, если бы поезд был не столичным, а избитая девушка не работала бы в СМИ?

И сколько таких же «самих виноватых» жертв ежегодно насилуют в поездах «Укрзализныци»? Ведь пока украинцы держаться за традиционные гендерные стереотипы, наши мамы, подруги и сестры находятся в постоянной опасности даже в общественных местах.

The Page Logo
У вас есть интересная колонка для The Page?
Пишите нам: [email protected]

Warning icon Ошибка в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter

Редакция не несет ответственности за содержание материала и может не разделять мнение его автора

Комментарии

Все новости