Facebook Pixel

Купи «Приват» — продай «Приват»: почему государство расстается с известным банком

Фото: УНИАН

Фото: УНИАН

Приватбанк могут продать, но цена будет зависеть и от имиджа, и от результата судов по бывшим владельцам.

Экспроприированный несколько лет назад у Игоря Коломойского Приватбанк государству оказался ненужен. Финучреждение готовят к продаже, а относительно того, почему так произошло, мнения экспертов разделились. Однако еще до продажи репутация банка покатилась вниз. Возможно, это стечение обстоятельств, возможно, целенаправленная работа на то, чтобы объект продажи выглядел менее привлекательно. The Page разбиралось и в историях оскорбленных клиентов, и в финансовом аспекте денационализации Приватбанка.

Время удивительных историй

Журналистка издания «Обозреватель» Лилия Рагуцкая 8 мая 2021 года опубликовала на своем Фейсбуке такой пост:

Quote«Приватбанк, прошу объяснить, как так могло случиться, что с карты моей мамы-пенсионерки ежедневно — практически каждый день, начиная по меньшей мере с апреля! — списывалось от 150 до 1000 гривен на какие-то мифические «развлечения» от никому не известных «компаний»? Как так могло случиться, что такие суммы тупо исчезали со счета без всякого запроса подтверждения проведения операций? Подчеркиваю: человек на пенсии, никаких «развлечений» не заказывала и разрешения на съем средств не давала, доступа к карте, кроме нее, никто не имел. О том, что ее тупо ограбили, узнала, когда не смогла оплатить лекарства в аптеке».


Telegram Logo
skrin1.jpeg

The Page связалось с Рагуцкой и узнало, что эта история не закончилась ничем хорошим. Банк не взял на себя ответственность за «дыры» в системе безопасности.

Очевидно, что имело место мошенничество, но не понятно, почему банк, который обычно чутко реагирует даже на пополнение телефонного счета и требует подтверждения операции, на этот раз «не заметил» списание значительных средств.

Quote«В банке нам сказали, что обжаловать транзакции невозможно», — рассказывает Рагуцкая.

После того, как диалога с банком не получилось, журналистка обратилась в полицию. Было это в Обухове, и заявление о преступлении приняли, но дали понять, что дело — безнадежное. И действительно: по своим истокам мы узнали о том, что мошенничество со списыванием средств еще ни разу не доходило до суда. Хотя случаи такие — не единичны, и только в окружении автора этих строк — четверо пострадавших, из которых только Лилия Рагуцкая дала согласие на обнародование своего имени.

Впрочем, на просторах фейсбука хватает подобных историй. Вот пост от пользовательницы по имени Татьяна Хода:

Quote«30 мая (воскресенье) в 4:23 утра с моей личной карты для выплат (зарплатная) переведены на интернет-развлечения без моего ведома все средства, которые были на карте, а это почти 35 тыс. грн. Для кого-то мало, для кого-то много... Но главное, что это мои заработанные деньги (...). Смс-оповещения о снятии средств не было! Лимит на перевод стоял 500 грн! Карта спокойно была дома, пароли в голове... Никому я ничего не передавала! Я адекватный, умный человек!».

По словам Ходы, она заблокировала карту через оператора, к которому не сразу дозвонилась. Затем была полиция, которая сразу после написания заявления сказала, что делом вряд ли будут заниматься, ведь за сегодня это уже пятое такое заявление.

Quote«Результат таков: никаких денег мне не вернули и сегодня дорогой Приватбанк направил письмо о том, что банк не может вернуть деньги. Не может! Мои собственные средства».


skrin2.jpeg

О том, чтобы профессионально объяснить, кто виноват и что делать в такой ситуации, нужна синергия правоохранительных органов и службы безопасности банка. Но правоохранительные органы в режиме off-records объясняют, что никто подобными делами не занимается и не будет заниматься, слишком «мелким» выглядит подобное преступление. Банк также умывает руки, перекладывая ответственность на клиента и утверждая, что утечка информации о карте и счете произошел именно по вине пользователя.

Бесспорно, мошенники атакуют не только клиентов Приватбанка, а методы мошенничества со дня на день становятся все более изобретательными. Но один из сайтов Днепра (где размещена штаб-квартира Приватбанка) пишет, что банк сам сливает в сеть данные своих клиентов. Это лишь предположение, отмечают в публикации, но предположение, которое имеет право на существование.

А вот — история другого рода, и также от журналистки. Леся Шовкун, соредактор издания «Новинарня», 4 июля отметила в фейсбуке следующее:

Quote«Знаете, что я вам скажу, Приватбанк. Неожиданно в шесть раз снизить кредитный лимит клиенту, который пользуется вашей карточкой и кредитом по ней уже много лет, и за все это время не было ни копейки задолженности по процентам — это не просто свинство, а откровенное неуважение к этому самому клиенту. Впрочем, спасибо, что побудили не лениться и таки открыть наконец карту в другом банке, как все давно и советуют».

The Page пообщалось и с Шовкун также и узнало, что банк согласился восстановить статус-кво при условии предоставления кучи дополнительной информации. Причем перечень такой информации выглядит странно и, как представляется, выходит за пределы того, чем имеет право интересоваться банк.

Quote«Они хотели подтверждение моей платежеспособности: справка о работе, загранпаспорт, доказательства (!) поездок за границу, документы о праве собственности на квартиру, дом, землю, машину и вообще все, что там у кого-то может быть, справки о счетах в других банках и т. д., список бесконечен, по-моему. Я столько лет ни разу не имела задолженности (в смысле, не доводила до какой-то там пени, потому что всегда вовремя все взятые кредиты погашала), а теперь они от меня требуют справки о том, где я была и что делаю», — возмущается она.

Интересно, что в комментариях под постом Шовкун есть слова известной адвокатессы Валерии Закревской (защищает интересы семей Небесной Сотни), которая отмечает, что ее в работе Приватбанка раздражает противоположное: открытие кредита, про который клиент не просил. Кстати, от такой услуги тяжело избавиться: она обладает способностью возрождаться, как птица феникс, даже после того, как отказываешься от кредита в Привате-24.

Различные измерения репутации

The Page поинтересовалось у специалистов тем, как инциденты с клиентами банка могут повлиять на его привлекательность при продаже. Все упирается в частоту скандалов, замечает эксперт агентства «МПП Консалтинг» Павел Мельник.

Quote«Если количество недовольных достигнет 10%, тогда это реальный негатив», — говорит он.

Иными словами, даже такие «незначительные» (с точки зрения полиции) истории, как история Лилии Рагуцкой, способны повлиять на стоимость финучреждения и проредить толпу желающих ее приобрести. И неважно, кто стоит за ссорами учреждения с клиентами — нелепый менеджмент банка или силы, заинтересованные в снижении его цены.

Кстати, цена Приватбанка колеблется в пределах от $3 до 5 млрд — никто из отечественных покупателей не выложит подобную сумму, говорят эксперты. Государству, если оно действительно хочет избавиться от сделанной в 2016 году покупки, следует ориентироваться на зарубежных инвесторов. Но и они, вероятно, приобретут такую махину, как Приват, только частями.

Потенциальные покупатели, конечно, будут считаться с отзывами клиентов банка и их возможным оттоком, но в случае с Приватом — это отнюдь не главное.

Quote«Даже если бы у нас был покупатель на Приватбанк, то пока не закроется вопрос с бывшими владельцами, а именно судебные иски, никто туда не зайдет», — убежден инвестбанкир Dragon Capital Сергей Фурса.

За Приватбанком действительно тянется такое количество скандалов, само упоминание о них тянет на отдельную диссертацию. В 2015 году издание «Зеркало недели» опубликовало расследование о том, что львиная доля кредитов, выданных банком, в свое время шла на финансирование бизнеса группы «Приват» в Днепропетровской области и на Кипре. Банк, таким образом, служил единственной цели — сбору ресурсов для привлечения в бизнес своих владельцев.

Другое расследование, проведенное изданием «Наши деньги», говорит о том, что летом 2014 года Приватбанк через фирмы-«прокладки» вывел за границу $1,8 млрд, и это повлекло обвал курса гривны.

А в августе 2016 года сообщалось о расследовании Генеральной прокуратуры, которая отмечала, что средства, выделенные Нацбанком для рефинансирования Приватбанка, бывшие владельцы использовали не по назначению, а, проще говоря, украли. Начиная с 2016-го и по сей день прокуратура, НАБУ и САП расследуют несколько дел, связанных с Приватбанком. И судебные иски со стороны государства, где ответчиками выступают бывшие владельцы, сыплются как из рога изобилия.

Из совсем свежих сообщений можно отметить следующее. Приватбанк направил в Израиль иск против Игоря Коломойского, Геннадия Боголюбова и их доверенного лица Вячеслава Карташова по делу о выводе 17 млрд грн до израильского банка «Дисконт».

Ранее Верховный Суд Израиля уже отклонял апелляционную жалобу против Приватбанка, поданную «Дисконтом», которой тот пытался остановить рассмотрение требований Приватбанка до решений судов в Великобритании и Соединенных Штатах. А в США «по Коломойскому идет системная работа всех следственных органов, и дела у него плохи», уверяет экономический журналист и соавтор книги «Частная история» Андрей Яницкий.

Сейчас есть вероятность того, что израильский суд встанет на сторону Приватбанка, а точнее — украинского государства. Так же, как в 2019 году на сторону Привата стал апелляционный суд Лондона и Уэльса, который обязал вышеупомянутых фигурантов выплатить банку 10,9 млн фунтов. Позже, в феврале 2021-го, тот же апелляционный суд «накинул» Коломойскому дополнительно еще один миллион фунтов стерлингов — для того, чтобы Приватбанк мог покрыть все свои судебные издержки.

И это решение — далеко не последнее. Суды будут продолжаться и продолжаться, представляя собой не лучшее «приданое» для Приватбанка. И если это не станет преградой при продаже, то, по крайней мере, существенно снизит его цену. В этом солидарны все без исключения экономические эксперты.

Призрак Коломойского

В бюджете нет денег, и поэтому государство ищет любые возможные источники его наполнения. Один из вариантов — распродать интересные активы, к которым относится и Приватбанк. Есть еще несколько заводов, несколько предприятий, но Приват — самый лакомый кусок.

Павел Мельник

Павел Мельник

Эксперт агентства «МПП Консалтинг»

К плюсам Привата он относит «огромные активы и мощную клиентскую базу», что будет интересно инвесторам.

В пользу такой версии говорит то, что Приватбанк — не единственное финучреждение, которое хочет продать государство. Курс на приватизацию государственных банков заложен в правительственной стратегии реформирования банковского сектора. Ее обновленную версию Кабинет министров одобрил еще в сентябре 2020 года. Согласно ей, правительство планирует снизить долю государства в банковском секторе с 60% до 25%.

В программу включен и Приватбанк, о чем изданию GlobalCapital рассказал председатель Нацбанка Украины Кирилл Шевченко. Он добавил, что «приватизация Приватбанка заинтересует самых престижных международных инвесторов, в частности из США и ЕС».

Заинтересовать банк, может, и заинтересует, но здесь все зависит от того, как правильно подать такую продажу.

Quote«Если инвесторы будут знать, что банк продается не потому, что его развитию хотят придать новый импульс, а потому, что государству нужны деньги, они станут безумно торговаться и предложат меньше», — считает Мельник.

Поэтому истинные мотивы стоит маскировать, если они действительно состоят в наполнении государственной казны.

К тому же, Приватбанк — фигурант судебных процессов. Впрочем, упоминавшийся выше глава НБУ Шевченко прогнозирует завершение всех судов по Привату уже до конца текущего года. Он, однако, не объясняет, что дает ему повод для подобного оптимизма. Разве что мировое соглашение, которое могут заключить государство и бывшие владельцы.

Украинские суды (в отличие от международных) — отдельный раздел этой эпопеи. В 2019 году Окружной административный суд Киева вынес решение о незаконности национализации Приватбанка, но это, правда, было решение-фантом, которое так и не обнародовали. Судьи руководствовались тем, что диагностику капитала банка должен был проводить не НБУ (Нацбанк признал Приват неплатежеспособным, но он, мол, выступил как заинтересованный субъект), а независимый аудитор.

Впрочем, как уже сказано, решение ОАСК не было обнародовано и не вступило в силу. Законность национализации Приватбанка сегодня не вызывает сомнений — в отличие от перспектив его продажи. А что касается ОАСК, то президент Владимир Зеленский инициировал ликвидацию этого суда. Глава государства также внес на рассмотрение парламента соответствующий законопроект.

Но, возвращаясь к Приватбанку, заметим, не для всех покупателей наличие судов по Привату может стать серьезным препятствием при покупке банка.

С учетом того, что судебные процессы продолжаются, найдутся компании, которые захотят купить банк, не боятся Коломойского или Боголюбова. Американские, южнокорейские или японские компании могут выложить за него кругленькую сумму.

Андрей Яницкий

Андрей Яницкий

Экономический журналист и соавтор книги «Частная история»

Он добавляет и то, что Приватбанк выглядит наиболее успешным на фоне других государственных банков: он генерирует треть доходов всего банковского сектора, у него независимое корпоративное управление, у него отлажены процессы, большая клиентская база, и он может стоить много денег.

Quote«Сейчас существует много оценок. Но я слышал среди экономистов сумму 100 млрд грн, например. Плюс перспектива возврата средств бывших акционеров», — говорит Яницкий.

Для кого-то — привлекательный, для кого — нет, Приватбанк может быть продан: в теории так точно, а на практике — покажет время. Но менеджменту уже теперь стоит использовать это самое время для укрепления положительного имиджа, а не его разбазаривания. И хотя рядовой клиент обычно мало интересует власть, иногда стоит делать исключение и прислушиваться к высказанным им претензиям. Потому что это окупится в будущем — как буквально, так и фигурально.

Комментарии

Все новости